Проблема родных языков в КБР

(расширенный вариант выступления на круглом столе, прошедшего в Нальчике 20 мая 2019) 

 

 Предпосылки

 20 мая 2009 года, ровно 10 лет назад, оказавшись среди авторов толстого журнала «Дружба народов», приглашенных по поводу его 70-летнего юбилея, мы впервые услышали, что по классификации ЮНЕСКО все северокавказские языки являются умирающими. Эту информацию озвучил кто-то из редколлегии, кажется, зам. главного редактора Леонид Арамович Теракопян.

Первый импульс честного заинтересованного специалиста-филолога –  попытка сохранить родной язык и литературу. Это простое усилие рождает потребность узнать истоки кризиса. Именно тогда мы невольно пересекаем невидимую красную черту, которая проходит между языком, литературой и политикой, так как состояние языка в первую очередь определяет языковая политика. Последняя оказывается «заложницей» общего современное кризиса, в том числе, кризиса федерализма. 

(Со временем перед нами постепенно проясняется реальное положение вещей, а именно тот факт, что в основе любой сферы человеческой деятельности лежит политика – явная или латентная. С этим связано самое распространенное заблуждение людей, которые говорят о том, что они вне политики). 

Ведущие лингвисты определяют 25–40 лет существованию черкесского языка.

В современных условиях ключевым фактором, обеспечивающим сохранность родных языков, являются комплексные усилия и инициативы со стороны самих субъектов РФ, закрепивших их государственную значимость. Политическая воля руководителей республик – важнейшая основа языковой политики. Мы имели возможность убедиться в этом на примере  политического курса республиканских властей в 90-е гг. XX в., когда вырос государственный статус республики, престиж родных языков, стали серьезно подходить к их изучению. Тогда, как известно, был принят целый комплекс мер по усовершенствованию преподавания языков в школах и ВУЗах, преподаватели черкесского и балкарского языков стали получать значительные стимулирующие надбавки и т.п. Однако столь необходимое внимание к проблемам родных языков в республике  постепенно сошло на нет и сегодня можно констатировать откат к ситуации 80-х гг. Следует отметить, что этот период в целом можно назвать недолгим Ренессансом национальных культур КБР. Такой замечательный эффект был достигнут исключительно благодаря политическому и национальному единству народа и Правительства КБР.

Хорошо понимая драматизм ситуации, представители общественности КБР предприняли комплекс мер в 2014 году, когда принимался «Закон о языках» и «Закон об образовании»: было проведено несколько круглых столов по прояснению, оптимизации законов, внесено около 80 поправок. Но во втором и третьем чтении представители Парламента КБР оставили «Закон об образовании» практически без изменений: снова было принято изучение родного языка как предмета 2–3 часа в неделю. В ответ на это было добровольно собрано более 3,5  тысяч подписей.

Однако широкое общественное движение, связанное с необходимостью языковой реформы, не оказало никакого реального воздействия: был подписан новый «Закон о языках», который предполагает примерно тот же несостоятельный вариант, который длился 50 лет. При формальном «содействии» в принятии решений по «Закону о языках» общественные инициативы на самом деле не были учтены.

Попытаемся дать краткий обзор фактологических данных, начиная с 2014 года, отражающих проблемы, связанных с черкесским языком. Мы сопоставили некоторые факты, находящиеся в открытом доступе, что позволило выстроить общее представление о причинах усугубляющегося кризиса родных языков коренных народов РФ, в том числе, черкесского.

Еще в 2014 году общественность КБР активно выступала против преподавания родного языка  по 2-3 часов в неделю, – образовательной системы, обнаружившей свое несоответствие удовлетворительному знанию родных языков.

Вместо того, чтобы учесть эти и другие инициативы, 5 июля 2015 года министр культуры Владимир Мединский призвал пренебречь региональными языками в пользу русского. «Соотношение русского и регионального языков должно быть однозначно в пользу русского», – заявил он. 

Ранее, в июле 2011 года президентским указом кандидатура В. Мединского была введена в состав правления фонда «Русский мир», занятого популяризацией русского языка и культуры, а также поддержкой программ изучения русского языка в других странах.

Примерно в то же время председатель комитета Госдумы по делам национальностей Гаджимет Сафаралиев неожиданно опубликовал статью «Русский как родной». В основе статьи лежал тезис, который позволял русский язык признавать родным для представителей нерусских национальностей. Так, башкир или якут могут по желанию обозначить русский как свой родной язык. При всей абсурдности заявления депутата его идея в то время казалась безобидной, особенно на фоне долгого медленного угасания национальных языков РФ... Ведь в результате соответствующей управляемой языковой политики доведенные порой до крайней деградации родные языки оказываются тяжелыми для усвоения собственными носителями. Тем более, если речь идет о будущих абитуриентах, которым нужен высокий балл в аттестате. И услужливо поданная «гуманная» идея оказывается весьма кстати.

Концепции Мединского и Сафаралиева оказались «пробным камнем» в воплощении далеко идущей политической стратегии.

27.11.2017 предложение Г. Сафарлиева продолжил директор Института этнологии и антропологии, главный фигурант, призванный защищать интересы народов одной из самых многонациональных стран мира. Валерий Александрович Тишков писал, что существует острая необходимость в «политическом языке нации», поэтому совершенно естественно, если родным языком избирается не этнический, а русский, который и есть «язык политической нации». Мы коснемся лишь последней фразы статьи, которая маркирует общую идею, – она не оставляет никаких сомнений в отношении конечной цели высокой директивы и снимает необходимость ссылаться на политический язык нации: «Полный переход на русский язык и забывание этнического языка – это жизненная реальность и результат, как правило, личностного выбора, который следует признавать и не трактовать негативно, ибо если есть право на сохранение языка, то должно быть и право на его забывание и на языковой переход».

Даже нам, представителям филологических наук, хорошо известно, что «забывание этнического языка» никогда не было результатом «добровольного», «личного выбора», – это всегда только жестко детерминированная необходимость, которая обусловлена языковой политикой, связанной с общим политическим курсом. При этом Тишков добавляет, что «переход на русский не грозит ассимиляцией (кроме языковой)(!)»

В национальных республиках и регионах единственный объективный признак национальной идентичности — родной язык, все остальные признаки — производные от него. Совершенно очевидно, что концепция Тишкова, изложенная в статье «Язык политической нации» обозначает курс ассимиляционного нивелирования коренных языков РФ форсированными темпами.  Подобная концепция появилась не случайно, ей предшествовал некий подготовительный этап, изложенный в статье «Российский народ и национальная идентичность». В. Тишков дает следующие определения РФ: «Первый. Россия – государство с населением, состоящим из многих наций, и в этом ее радикальное отличие от остальных стран мира.

Второй. Россия – национальное государство русской нации с меньшинствами, члены которых могут становиться русскими или же признать государствообразующий статус русских.

Третий. Россия – национальное государство с многоэтничной российской нацией, основу которой составляют русская культура и язык и в которую входят представители других российских национальностей (народов)».

Характерно, что все определения более чем сомнительны.  1. Россия, «состоящая из многих наций» отнюдь не отличается от других многонациональных стран, тем более «радикально»; еще больше наций в таких странах как Индия, Бразилия, Индонезия.

Второе звучит скорее как утвердительное обещание русификации. Третье не оставляет надежды на «равноправие субъектов РФ», которое утверждается  согласно 65 статьи Конституции РФ.  Таким образом, все три определения носят абсолютно произвольный характер, являясь скорее шовинистическими идеологемами, весьма далекими от научных определений.

Параллельно одиозной концепции Тишкова, изложенной в статье «Язык политической нации», президент РФ В.В. Путин на заседании Совета по межнациональным отношениям в Йошкар-оле высказался против практики принудительного обучения неродным языкам. Высказывание было незамедлительно спущено во все регионы как руководство к действию. Его хорошо ощутили и в КБР.

Наконец, 28 декабря 2017 года ситуация значительно прояснилась, когда лидер ЛДПР В. Жириновский предложил превратить Российскую Федерацию в унитарное государство, а в состав новой Федерации включить республики бывшего СССР... «Нынешняя территория России должна стать унитарным государством без внутренних национальных границ».

10 апреля 2018 года в Госдуму был внесен законопроект о добровольном изучении национальных языков.

Ориентация на подобный языковой курс утвердилась в официальных кругах, что можно видеть по выступлению  В.  Жириновского 18 мая 2018 года на заседании молодежного Парламента. На вопрос Ильдара Суфиярова о принципе преподавания родных языков, Жириновский ответил: «Только на добровольной основе: насильно мил не будешь».

Законопроект о добровольном изучении национальных языков был окончательно принят 25 июля 2018 года.

В ответ на это 21 мая 2018 года представители всех народов РФ собрались в Москве по инициативе лидеров национального татарского движения. В этот день был провозглашен Демократический конгресс народов РФ, призванный сохранить коренные языки народов многонациональной страны.

Следует отметить небывало высокую общественную активность последних лет в КБР, в результате которой представители движения за права родных языков и культур заметно изменили общее отношение к важнейшим маркерам национальной идентичности, в первую очередь, родным языкам.

Показательные критерии, отражающие состояние родных языков в КБР (на примере кабардинского языка)

Мы предлагаем проследить языковую ситуацию в КБР на примере некоторых наиболее показательных критериев.

Например, существует красноречивая динамика сокращения мест для абитуриентов КБГУ по специальности «Кабардинский язык и литература»: 75 мест в 1970-80 годах, 50 мест — в 90-е годы, 38 мест – за 2012 – 2013 годы. С 2015 года несколько лет подряд набор составлял 25 человек. До 2000 года количество мест для студентов-заочников составляло 50, в настоящее время заочное отделение национальных языков упразднено. Если в 90-е годы был конкурс на место до 4-5 человек, то в настоящее время он значительно снижен. Набор студентов по специальности «кабардинский язык и литература» в 2018 году составил 15 человек. Отмечается незначительная положительная динамика: с сентября 2019 года число абитуриентов составит 17 человек.

«Даже в республиках прекращена подготовка  билингвальных учителей -предметников, владеющих родными языками. В регионах РФ также прекращена подготовка учителей родного языка и воспитателей для детских садов. В результате детские сады работают исключительно на русском». Эта выдержка статьи из Татарстана отражает аналогичные деструктивные тенденции языковой ситуации по КБР.

Важнейшим критерием является уровень подготовки учителей родных языков. До 1997 года курсы по повышению квалификации проходили раз в 4 года при Институте повышения квалификации. В 1997 году Институт, в котором в том числе совершенствовали свои профессиональные навыки учителя родных языков, был упразднен. Его функции перешли в ведомство КБГУ; ныне это структурное подразделение, которое занимается перепрофилированием, периодически читаются лекции, проходят занятия, на которых присутствуют преимущественно воспитатели детских садов. Однако этот единственный работающий центр не обеспечивает нужд всей республики. С 2018 года при кафедрах «Кабардинский язык и литература», «Балкарский язык и литература» были открыты центры повышения квалификации для учителей родных языков БКР, но  они пока не функционируют. 

Был открыт кабинет родных языков при Дворце пионеров. Представители департамента и министерства образования какое-то время продолжали проводить курсы по повышению квалификационного уровня учителей родных языков. Платные циклы (3 тыс руб.) проходили 21 день раз в 4 года. В настоящее время реальное функционирование этого кабинета прекращено. 

Педагогический колледж КБР долгое время готовил учителей родных языков (кабардинского, балкарского), которые могли преподавать учащимся с 1 по 9 класс. В число большого перечня изучаемых предметов входила в том числе национальная литература, детская литература, методологическая подготовка, даже каллиграфия.  Ежегодный выпуск учителей кабардинского языка составлял 50 человек. Последний набор студентов относится к 2010 году; эта группа учащихся завершила курс обучения родным языкам и литературам в 2014 году.

Педагогика и методика начального обучения (ПМНО) — факультет при КБГУ, который наряду с Пед. колледжем готовил учителей родных языков для начальных классов, но эта практика прекращена.  Эту функцию должны выполнять факультеты кабардинского (балкарского) языков и литератур, которые не дают методической подготовки, в том числе, для базового обучения в начальной школе.

Судя по приведенным данным, можно делать неутешительные выводы по поводу полного несоответствия потребностям республики в отношении подготовки учителей родных языков.

Между тем в КБР созданы определенные условия по сохранению и развитию родных языков. В частности, к числу базовых структур, направленных на осуществление этой задачи, следует отнести диссертационные советы. Но несмотря на их работу, а также существование кафедр национальных языков и литератур, не было ни одной защиты на кабардинском или балкарском, в том числе, посвященных проблемам этих языков. В КБР эта реальная возможность до сих пор никогда не использовалась.

Последние наблюдения могли бы внушить оптимистические прогнозы в отношении родных языков, учитывая, что все чаще слышна кабардинская и балкарская речь. Однако это явление – прямое следствие усилившейся урбанизации, результатом которой является небывалый приток сельской молодежи в город, что в первую очередь связано с учебой в средних и высших учебных заведениях города, а также с отсутствием рабочих мест в селах.

Кажется, родной язык жив до тех пор, пока существуют анклавы – села. Однако так ли неопровержима эта установка?

На самом деле в анклавах находит распространение лишь бытовой язык, но не литературный. В результате общественного форума (март 2014 г.) с участием научной, творческой интеллигенции были подведены неутешительные выводы: в республике отмечен глубокий кризис литературного языка, который усугубился после 90-х годов предыдущего столетия. Ежегодный республиканский конкурс по литературному творчеству на кабардинском языке не выявил ни одного прозаика за декабрь 2012 года. Только в 2018 году вышел один исторический роман на кабардинском языке. Из молодых поэтов (до 35 лет), пишущих на черкесском, можно отметить лишь 30-летнего Артура Кенчешаова.

Без литературного любой язык обречен на деградацию. Это означает, что на данном этапе невозможно говорить о полноценном функционировании кабардинского и балкарского языков даже в селах. Большинство молодых людей от 17 до 30 лет не читают, не слушают радио на родных языках, не посещают национальных театров. Современная молодежь, как известно, находит информацию преимущественно в компьютерах и гаджетах, которая транслируется по всему пространству РФ на русском языке. В городе отмечается незнание или плохое знание родного языка и удовлетворительное знание русского, в селах – знание родного языка на уровне бытового и в целом неудовлетворительное знание русского. Таким образом, для города и села потребуется разная методика обучения: в селах – с усиленным изучением русского языка, в городе – с усиленным изучением родного.

Выпуск учебников до 2000 года составлял 6-8 тыс. (Учебники выпускались по одной программе для школьников КБР и КЧР, у которых литературным является кабардинский диалект). К 2010 году выпуск осуществлялся лишь для школьников КБР и колебался в пределах 3 тыс. экземпляров, в настоящее время выпускается 1500-2000 тыс. учебников.

Со слов заслуженного учителя РФ по кабардинскому языку и литературе М. Баговой школьники пользуются старыми учебниками, они не переиздаются.

Тираж газеты на кабардинском языке Адыгэ псалъэ (Черкесское слово) до 2000 года  составлял 5 тыс., к 2010 году –  3 тыс., в настоящее время 2 200 тыс. Еще недавно она издавалась 5 раз в неделю, в настоящее время — 3 раза.

Журнал на кабардинском языке 1уэщхьэмахуэ (Эльбрус) составлял тираж 3 тыс. экземпляров к 2000 году,  в настоящее время – 1900 экземпляров.

Книги на каб. языке — 300-500 экз.

Театры: последние 15-20 лет отмечается кризис драматургии.

Кино: нет ни одного игрового кино на черкесском языке.

   

Резюме

 

 В 2001 году полномочные представители РФ подписали Хартию о малых языках. Вот уже 18 лет она остается нератифицированной. Это означает, что все это время государство снимает с себя ответственность за сохранение и развитие родных  языков коренных народов одной из самых многонациональных стран мира.

В КБР, как и в других республиках и регионах страны наметилась отчетливая  тенденция по нивелированию языков коренных народов:  учащиеся титульных наций существенно утратили государственный статус, они вправе выбирать предмет «русский как родной», осуществляется «свободный выбор» родного языка на основании заявления родителей.

Такая позиция федеральной и региональной языковой политики закономерно приводит к резкому падению общего уровня родных языков. На примере приведенного в КБР анализа по динамике некоторых критериев, маркирующих уровень функционирования родных языков, можно наблюдать постепенную поступательную атрофию и деградацию всех звеньев, отвечающих за их сохранение и развитие. Деградация языков закономерно приводит к упадку национальных культур.

Проблему кризиса северокавказских языков и культур объясняют во многих случаях всеобщей глобализацией. На самом деле, причина не столько в ней, сколько в отдаленных разрушительных последствиях Русско-Кавказской войны, - тема, ставшая для обширного штата официальных идеологов, историков и политологов почти табуированной; ее старательно обходят, подменяют, игнорируют. Так сформировалась неопределенная зона умолчания, превратившаяся в некую черную дыру. Можно ли устранить серьезную проблему, не обозначив ее? Обратившись к удобной для автора медицинской парадигме, зададимся вопросом: как можно лечить, не поставив диагноза? Для успешного лечения обязательным условием является грамотная беспристрастная диагностика, постановка окончательного диагноза. В социальных проблемах существует та же принципиальная модель, тот же алгоритм: не разбираясь в причине «патологического» явления, не дифференцируя и не оглашая верный «диагноз», мы усугубляем проблему, потворствуем развитию «болезни» и в конечном итоге можем потерять «больного». Так, в языковой политике необходимо перечислить все факторы, мешающие их сохранению и развитию без замалчивания «неудобных» факторов, так как речь идет о самом важном принципе для всякого народа мира: сохранения идентичности, то есть в первую очередь – языка и культуры.

 В настоящее время остро встала проблема кризиса идентичности. О ней периодически говорят, этот процесс констатируется как реальный, но мало кто касается глубинных проблем социальной адаптации людей со стертой идентичностью, плохим знанием или незнанием родного языка. Что переживает кабардинец или балкарец без знания родного языка? Этот вопрос давно является для нас весьма актуальным и острым. Как чувствует себя русскоязычный городской учитель-кабардинец, который устроился преподавать в среде сельских школьников с плохим знанием русского языка? Или как выходит из положения врач-балкарец, не знающий родного языка, который лечит пациентов из сел? Эта проблема практически не исследована, но ее неартикулированный драматизм лежит не столько в сфере социальной, сколько в сфере психо-лингвистической, то есть скорее стихии экзистенциальной.

             

Предложения

 

Мы предлагаем лоббировать национальные интересы коренных народов РФ на государственном, региональном уровнях в рамках конституции. Совершенно очевидно, что адекватного  знания родного языка можно добиться лишь в случае обучения на нем, а не изучения родного как иностранного. Следовательно, считаем необходимым предложить альтернативную образовательную языковую программу, сходную с той, которая практикуется в Татарстане,  Северной Осетии.

Необходимо широко освещать реальные преимущества такого феномена как билингвизм. Одной из насаждаемых фальсификаций является представление о том, что билингвизм мешает развитию русского языка. На самом деле, билингвы горазды больше склонны к обучению другим языкам, легче усваивают любой материал, в целом их отличает более высокий образовательный и когнитивный потенциал.

ПРИМЕРЫ: Например, в Татарстане в 2017 году средний балл в 11 классах был равен 72, 5 балла, что ниже среднего балла находящихся на первом месте московских выпускников (72, 6) и выше результатов выпускников Санкт-Петербурга, занимающих третье место (71, 09 баллов).

По КБР: среди  выпускников-билингвов средней школы с. Нижний Черек за 2017 год 8 учащихся завершили учебу с золотой медалью. Один выпускник завоевал первое место по химии в КБР  (организатор - КБГУ), другой — первое место по праву (юриспруденция) на российском уровне (организатор - Госдума). 

Известно, что в Англии и Ирландии именно билингвы чаще поступают в Оксфорд, Гарвард и другие престижные учебные заведения.

В Финляндии реализуется одна из самых успешных образовательных школьных  программ, в том числе, по изучению языков. Учащиеся проходят обучение на финском и шведском языках. Кроме этого они изучают два иностранных языка. Таким образом, финские школьники завершают среднее образование, реально зная 4 языка.

В стране басков (север Испании, частично Франции) проходят обучение на родном языке, сдаются экзамены на баскском языке. В гос. аппарат принимают претендентов лишь со знанием баскского языка; в ином случае дают три года для его усвоение. Если претендент языком не овладел, он не зачисляется на гос. службу, но из страны не депортируется.

Нам только кажется, что мы можем выбирать приемлемый политический курс для своей страны, в которой проживают представители свыше 190 народов (!). Единственно возможный курс на федерализм предрешен предшествующей историей и заложен в собственно государственном обозначении — Российская Федерация, следовательно, только этот тип государства является залогом будущего развития страны и каждого ее народа.

Одна из самых успешных империй, - Римская,  смогла просуществовать около 500 лет только за счет полной лояльности к национальной идентичности своих колоний. Например, в Греции отправляли религиозные обряды в греческих святилищах, говорили на греческом языке, даже в Олимпийских играх участвовали обнаженными, к неудовольствию римлян. Но, что наиболее важно, все граждане периферии и метрополии независимо от национальности и вероисповедания имели равные гражданские права.

В Римской империи периода кризиса национальные традиции были заменены неконтролируемой коррупцией, шовинизмом, подавлявшим любые национальные проявления иных этносов. Подобные современные тенденции, как мы видим, стары как мир,  они наблюдались во времена Римской империи периода 100-летнего упадка.  Тем не менее, «история нас учит тому, что она ничему не учит», как свидетельствует парадокс Гегеля.

 В эпоху затянувшегося кризиса у народов РФ остается спасительный этноцентризм, который мгновенно оживает вслед за всплеском шовинизма. Этноцентризм носит защитный, компенсаторный характер, это ответная реакция сопротивления на подавление миноритарных этносов, – тоже азбучная истина, которой учит мировая история всех времен и народов. В настоящее время компенсаторный этноцентризм испытывают все народы РФ, в том числе в черкесском мире, расколотом когда-то Русско-Кавказской войной. Это – попытка обрести потерянные национальные основы, исчезающий язык, этническую целостность, преодолеть драматическую ситуацию черкесов на исторической родине и диаспоре, переживающих  кризис идентичности.

Возвращение демократии — единственно реальная альтернатива современным деструктивным тенденциям. Однако с учетом компенсаторного этноцентризма демократия по всей вероятности приобретет национальный оттенок. Подобная перспектива –  единственный шанс возвращения и сохранения нравственного ядра в черкесской культуре, так как на протяжении долгой исторической эволюции она регламентирует развитие народа в рамках адыгэ хабзэ, этикета черкесов, который всегда предполагал и предполагает подлинный гуманистический курс развития человека и общества.

 

 

ХАКУАШЕВА М., доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник КБИГИ, член Союза писателей РФ


 

 
 

лента новостей

посещаемость

Посетители
1
Материалы
1108
Количество просмотров материалов
3627031