Еще трое обвиняемых по делу о халифате заявили о пытках на допросах

Ахмед Балкаров, Руслан Кипшиев и Руслан Жугов, обвиняемые по делу о попытке создания халифата в Кабардино-Балкарии, отказались в суде от признательных показаний, рассказав, что дали их под пытками, которыми подверглись после задержания силовиками.

Как писал «Кавказский узел», рассмотрение дела в отношении уроженцев Кабардино-Балкарии началось в суде в Ростове-на-Дону в августе 2016 года. Обвиняемыми по делу проходят Олег Мисхожев, Ахмед Балкаров, Ислам Шогенов, Руслан Кипшиев, Кантемир Желдашев, Артур Каров, Заур Текужев и Руслан Жугов. Кроме того, по делу проходят умерший во время следствия Залимхан Тхамоков и убитый при попытке задержания Ибрагим Гугов. 27 марта жена Тхамокова рассказала суду о пытках, которым он подвергся после задержания. На судебных заседаниях 28-30 марта пытками обосновали отказ от признательных показаний Олег Мисхожев, которого следствие считает амиром группы, Артур Каров и Заур Текужев. Суд обязал прокуратуру проверить эти заявления.

31 марта Ахмед Балкаров на заседании Северо-Кавказского окружного военного суда ответил на вопросы своего адвоката Владимира Гладкова, рассказав, что родился в 1992 году в Нальчике. Его воспитанием занимались мать и бабушка, отец же постоянного участия в воспитании не принимал. Бабушка, отец и тетя Балкарова, по его словам, делают намаз, но сторонников радикального ислама в семье нет. Что такое радикальный ислам, подсудимый сформулировать не смог.

Балкаров плохо учился в школе, а после 9-го класса два года обучался в строительном колледже на штукатура-маляра и еще год на плотника. По заявлению подсудимого, единственное официальное место его работы – строительство здания ФСБ в Нальчике, что не смущало его, так как у него было «хорошее отношение к полицейским и военнослужащим».

Балкаров отметил, что не знает всех улиц Нальчика, так как «не проявлял особого интереса» к этому, и заявил, что не умеет управлять транспортным средством и вообще обращаться с техникой.

Из других подсудимых Балкаров, по его словам, хорошо знал Кантемира Желдашева, с которым вместе вырос, Мисхожева и Кипшиева «знал по району», Карова и Шогенова «видел один раз». Подсудимый заявил, что об Анзоре Хабекове он узнал из уголовного дела, взглядов Хабекова, его круга общения и факт создания им вооруженной группы Балкарову неизвестны.

«Не задавайте, пожалуйста, мне о нем вопросы», — обратился к защитнику Балкаров.

Также Балкаров сообщил, что был знаком с Александром Поповым, с которым играл в футбол. Балкаров знал, что Попов мусульманин и носил мусульманское имя Саид, но не слышал о замыслах Попова и других подсудимых по изменению конституционного строя в Кабардино-Балкарии, наличии у них оружия, глушителей и боеприпасов. О существовании запрещенных в России судом группировок «Имарат Кавказ» и «Объединенный вилайят Кабарды, Балкарии и Карачая» ему также ничего не известно. Он опроверг данные о том, что давал Попову клятву-присягу и проходил обучение по изготовлению взрывных устройств.

«Я не знаю, кто такие верные/неверные», — ответил Балкаров на вопрос адвоката.

По версии следствия, житель селения Дейское Терского района Анзор Хабеков создал вооруженную группу, целями которой были дестабилизация общественно-политической обстановки в Кабардино-Балкарии и свержение республиканского строя. В марте 2013 года Хабеков присоединил к группе других радикально настроенных жителей Нальчика – в частности Попова, сделав его своим заместителем. Балкаров обучался у Хабекова взрывному делу, считает следствие. Группа Хабекова структурно входила в «Объединенный вилаят Кабарды, Балкарии и Карачая» (организация признана террористической, запрещена в России по решению суда). 8 июня 2013 года силовиками был убит Хабеков, а 12 июля 2013 был убит Попов.

Балкаров рассказал, что на похоронах Попова познакомился с Мисхожевым. Позднее они начали общаться ближе, так как вместе ездили на работу. При этом Балкаров отверг участие в «джамаате Мисхожева» и собраниях по избранию Мисхожева «амиром джамаата».

«Следствие заявляет, что Вы, находясь на кукурузном поле в селе Шалушка, срывали листья дикорастущей конопли, после чего собрали их и после этого хранили в разных местах», — сказал адвокат Гладков. В ответ на это Балкаров заявил, что никогда «не курил травы, анаши».

Отвечая на другие вопросы защитника по обвинительному заключению, подсудимый сказал, что не входил в вооруженную группу, не имел тротила, не изготовлял взрывное устройство, свергать строй в республике не планировал. Балкаров согласился лишь с тем, что участвовал в перезахоронении Попова.

«Он был мусульманином, он сам хотел, чтобы его похоронили как мусульманина. Мне он этого не говорил, но я знаю, что у него было завещание», — сказал Балкаров, отметив участие в этом только Мисхожева, а не всех подсудимых.

Кроме того, Балкаров рассказал об обстоятельствах своего задержания. Он заявил, что был задержан вместе с Мисхожевым 10-го, а не 11 января 2014 года.

«Это была пятница, мы вышли из маршрутки возле шестой школы, должны были дойти до мечети. Сотрудники … подъехали на машине, положили нас лицом на землю, застегнули за спиной наручники и подкинули вот эти все вещи. Мне стали эти вещи по карманам распихивать. Один сидел на моей спине, когда я лежал на земле. Потом меня поставили возле стены, я там постоял около получаса, потом сотрудник в маске вынул у меня из кармана все эти вещи».

Согласно протоколу, у Балкарова из куртки были изъяты наркотические вещества, патроны и граната. Балкаров заявляет, что в куртке у него были лишь телефон и платок.

«В мечеть нельзя заходить с наркотиками и оружием», — отметил Ахмед Балкаров, заявив, что подписал протокол допроса под давлением силовиков.

«Обещали «потерять». У нас в республике людей могут «потерять» — убить человека, чтобы он пропал без вести», — пояснил Балкаров.

В последние две недели до нового 2014 года Балкаров, по его словам, «делал балконы на улице Горной и Калмыкова», а не готовился к покушению на сотрудника полиции Темботова.

Балкаров прибыл к зданию МВД по Кабардино-Балкарии и прикрепил самодельное взрывное устройство под днище автомобиля Ford-Focus, принадлежащего Темботову, заявляет обвинение.

Согласно оглашенным в суде протоколам допроса, Балкаров участвовал в собраниях на лавочке рядом с местом работы Мисхожева, наряду с Шогеновым, Кипшиевым и двумя девушками. После гибели Александра Попова, а также Спартака Канакова и Бетала Шеретлокова Мисхожев призвал собиравшихся молодых людей «сплотиться вокруг него», «создать джамаат» и «выбрать амира». После того, как Мисхожева избрали амиром, он потребовал дать ему клятву верности, «баят», и заявил о необходимости свержения конституционного строя в Кабардино-Балкарии. Мобильная группа, «джамаат», должна была, в частности, нападать на сотрудников правоохранительных органов.

«Вину признаю полностью, раскаиваюсь, телесные повреждения получил во время того, как вместе с Мисхожевым пытался убежать», — зачитала прокурор.

«Нет, я не давал показаний, я не читал, что я подписывал. Меня заставили поставить эти подписи, пытали электрическим током. Когда везли, мне на голову одели черный пакет. В кабинете посадили на стул, обмотали скотчем. Никто не представлялся. Два провода к рукам прикрутили, 15 минут били током», — заявил Ахмед Балкаров.

По его словам, от приглашенного адвоката «шел запах перегара», она посоветовала «заехать в СИЗО, а дальше разбираться». Адвокат Гладков спросил подзащитного о следах на руках у Балкарова, на что тот рассказал о том, что вскрывал вены.

«Я боялся, что заберут обратно», — сказал подсудимый, обратив внимание на аналогичные глубокие порезы у Олега Мисхожева.

Адвокат Гладков заявил ходатайство о приобщении к делу графика адвоката Хугундуковой, которая, по словам юриста, не дежурила в день допроса Балкарова, хотя указана в протоколе допроса, и записи в блоге члена Совета по правам человека Андрея Бабушкина, где упоминается Балкаров. Суд в приобщении отказал.

Подсудимый Руслан Кипшиев отказался от дачи показаний, заявив, что не признает вину ни в какой части, «не давал таких показаний и не подписывал их по своей воле».

Адвокат Кипшиева Тимур Лакунов попросил огласить два протокола допроса, в которых Кипшиев заявлял, что не признаёт вину, а предыдущие показания называет «данными под воздействием сотрудников правоохранительных органов». «Даже при желании изменить конституционный строй я не смог бы этого сделать», — сказано в документе от имени подсудимого.

Руслан Жугов также заявил, что не признает своей вины. Он рассказал, что после окончания школы прошел курсы вождения и служил во внутренних войсках МВД, потом работал. Он пересказал подробности своего задержания:

«Я ехал домой с работы, таксовал, на улице меня подрезала белая «четырнадцатая», оттуда выбежали люди в масках, в камуфляже и с автоматами, вытащили меня и посадили в свою машину. За спиной на руки надели наручники, били по голове. Один говорил: «Он видел мое лицо, надо его убить». Еще один говорил: «Есть 300 тысяч? Если дашь – отпустим». Я говорил, что нет. Потом меня привезли, завели в кабинет, уложили на пол, руки-ноги обмотали скотчем, люди входили и выходили, задавали вопросы, спрашивали: «Откуда у тебя граната?». Потом принесли что-то, надели провода на пальцы рук и ног, били долго током».

Жугов сказал, что тогда его отпустили, однако потом вызывали в местный Следственный комитет. Жугов успел обратиться в правозащитный центр, после чего его задержали и отвезли в изолятор.

На вопрос прокурора, почему Жугов ранее давал признательные показания в перезахоронении Попова, а сейчас отрицает, подсудимый сослался на слова одного из адвокатов о статье 306 (ложный донос), которую якобы могли ему вменить за отказ от показаний.

Рассмотрение дела продолжится в 10.30 мск 10 апреля, когда будут допрошены остальные подсудимые.

«Канакова, Попова, Шаретлокова уничтожили еще в середине 2013 года. За их окружением, с кем они общались велась «работа», их отслеживали. В декабре 2013-начале 2014 Шогенова, Мисхожева и Балкарова сразу взяли в жесткий оборот. Они дали более чем достаточно показаний на пожизненный срок. Я не знаю, пытали ли их, факт остается фактом. Спустя какое-то время допрашивают вернувшуюся из Египта свидетеля Кучукову, из ее повествований следует, что на собраниях с Мисхожевым был Кипшиев, обсуждали там свержение строя», — рассказал корреспонденту «Кавказского узла» адвокат Руслана Кипшиева Тимур Лакунов.

По его словам, Кипшиев был задержан «бездарно, в нарушение всех законов и здравого смысла», а среди оформленных после задержания документов фигурирует не предусмотренная законом «объяснительная».

«Якобы приглашается защитник, бумага направляется в Адвокатскую палату республики, а почему-то приходит адвокат из адвокатского кабинета, и все это уложили в пару часов. Это невозможно. Второй момент: никто из подсудимых не владеет тем лексиконом, тем словарным запасом, который в показаниях Кипшиева и других. У них нет в словарном запасе таких слов, надо быть оратором, чтобы такие фразы говорить. И вот эти фразы из показаний в показания кочуют, это профанация оформления добычи доказательств. Доказательства должны записываться в том виде, который передает источник, а не пропущенном через призму следователя, как в этом деле», — заявил адвокат.

_________________

^{*ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.}