Газета Юга, 30.01.2014 №44 (1077)
На рассмотрении апелляционной инстанции Верховного суда КБР находится уголовное дело в отношений 34-летнего жителя с. Каменномостское Заура Т., который вердиктом Зольского районного суда приговорен к 3,5 годам общего режима.
Суд первой инстанции признал его виновным в пособничества незаконным вооруженным формированиям, незаконном владении боеприпасами и незаконном приобретении и хранении наркотических средств без цели сбыта.
Т. вину не признал и назвал дело «сфабрикованным». Его задержали дома 20 января. Он работал охранником в школе, куда приходил к 7 утра. В 6:00, когда к ним постучали полицейские в масках, первой к воротам вышла его мать, а следом он сам. Согласно материалам дела, в одном кармане его джинсов была обнаружена граната РГД-5. в другом — взрыватель к ней. В спальне Т., его супруги и трехлетного сына нашли пакет с 18 патронами разного калибра, пакет с марихуаной. Еще один пакет с марихуаной был обнаружен в кармане куртки, лежавшей там же.
Согласно приговору, 2 ноября 2013 поздним вечером один из активных участников бандподполья Вадим Шогенов (убит в ходе спецопераиии на ул. Шортанова в Нальчике 14 марта («Газета Юга» №12)) встретился с Т. у ворот домовладения последнего и передал ему на хранение ту самую гранату и 18 патронов. В тот же вечер Т. зашел домой и вынес Шогенову хлеб, курятину и воду. В приговоре также говорится, что Шогемов показал Т. на планшете обращение амира Тенгиза Гукетлова (убит в один день с Шогеновым) и предложил «выйти на тропу», а Т. согласился оказывать пособническую помощь. Марихуану, как отмечается в судебном вердикте. Т. насобирал а одном из углов своего огорода.
Все эти факты взяты из показаний Т. в качестве подозреваемого, от которых он отказался на стадии следствия и не признавал в суде.
В своих обращениях к омбудсмену республики, в адаптационную комиссию. в республиканский правозащитный центр Заур Т. сообщает, что Вадим Шогенов, с которым он не был знаком, действительно приходил к нему и «пытался его завербовать». Он ответил отказом, и Шогенов ушел, сказав: «3абудь».
На следующий день, по словам Т.. он пошел в опорный пункт в село и рассказал о случившемся полицейским. Ему показали «множество фотографий», и он опознал Шогенова и сопровождавшего его. Сотрудники дали ему номер телефона, по которому он может позвонить, если «они еще раз придут». С тех пор к нему не обращались ни полицейские, ни кто-либо еще, а 20 января пришли с обыском. Согласно материалам дела, Т. к полицейским по поводу визита Шогенова не обращался.
Т. пишет в своих заявлениях, что полицейские пришли без понятых, в один карман джинсов положили гранату, в другой — взрыватель В качестве понятых первоначально пригласили соседей «Но когда соседи увидели происходящее и стали возражать, почему сотрудники не вошли в дом вместе с понятыми, соседей вывели и позвали других».
В заявлениях Т. говорится, что его отвезли в Нальчик и «под пытками» заставили сказать, что он оказывал пособническую помощь, а все изъятое принадлежит ему
В апелляционной жалобе адвокатов Т. говорится о видеозаписи оперативной беседы, происходившей в ночь после задержания и представленной в качестве доказательства. Защит подчеркивает, что, кроме видеозаписи и признательных показаний, никаких доказательств не приведено. Отмечается, что видеозапись была начата в 23:12 20 января, а завершилась в 00 40. то есть продолжалась около полутора часов: «Судебный хронометраж не превышал 25 минут — налицо купирование и неоговоренные перерывы». Адвокаты подчеркивают, что перед оперативной беседой Т. не разъяснялось его право не свидетельствовать против себя.
В апелляционной жалобе указывается суд не дал оценки показаниям свидетелей о том, что в огорода Т. не растет конопля, а в его спальне стоят только дев кровати и тумбочки, играет ребенок, проводится уборка, поэтому хранить гранаты и патроны невозможно (по версии следствия, граната и взрыватель хранились в спальне при появлении полицейских Т. положил их в карман джинсов, чтобы «перепрятать или выбросить», и вышел во двор навстречу сотрудникам МВД, где их у него изъяли).
Защита обращает внимание, при желании Т. мог хранить запрещенные вещи в сарае, курятнике или на складе, которые есть в домовладении: «Обнаружение их в спальне является очевидным и бесспорным доказательством, что эти предметы и вещества были подброшены».
Адвокаты со ссылками на решения Конституционного и Верховного судов отмечают неправомочно ссылок на показания оперативных работников, которые одновременно являются и субъектом доказывания и источником доказательств.
Отмечаются и другие противоречия. При обнаружении боеприпасов и марихуаны Т.. согласно показаниям оперативников, сообщил, что первое ему передал Шогенов, второе он нашел в огороде. Между тем понятые (вызванные позже) утверждают: «По поводу обнаружена предметов Т. пояснений не давал»
Подчеркивается, что суд не дал оценки показаниям сотрудника полиции Ш. заявившего, что Т. не входил в круг лиц, на которых имеете оперативная информация об участии в МВФ.
Около 40 жителей Каменномостского в обращении в суд написали, что «ни один человек в селе не верит в его виновность».
Олег Гусейнов