Газета Юга, 16.04.15 №16 (1101)
Верховный суд КБР, рассмотрев уголовное дело в отношении 30-летнего жителя с. Исламей Заура Березгова, убитого 8 мая 2013, признал, что им были совершены преступления, связанные с незаконным владением оружием и посягательством на жизнь сотрудников правоохранительных органов, прекратив дело в его отношении в связи со смертью.
Родственники Березгова обратились с апелляционной жалобой в Верховный суд России.
По версии обвинения, в начале 2013 в Управление ФСБ по КБР поступила оперативная информация о том, что Березгов занимается незаконным оборотом оружия и боеприпасов и, возможно, причастен к деятельности незаконного вооруженного формирования. В связи с этим в его отношении стали проводить оперативно-разыскные мероприятия.
8 мая 2013 трое оперативников УФСБ осуществляли за ним скрытое наружное наблюдение. Около 20 часов Березгов, согласно показаниям силовиков, выехал из дому на своей «Приоре» и по федеральной дороге Кавказ направился в сторону Нальчик, но, миновав пост ДПС «Баксан», свернул направо на проселочную дорогу и через 3 км подъехал к опушке леса в урочище Махогапс. Из леса посветили фонариком, затем оттуда вышел «человек в кепке с автоматом в руке». Разглядеть его подробно оперативники не смогли, так как наблюдали за происходящим издалека. Березгов входе беседы в 30-40 минут передал неизвестному «большой пакет» и получил от него «черный пакет поменьше», который положил в салон рядом с собой на пассажирское сиденье. После этого Березгов поехал обратно, а неизвестный возвратился в лес.
В этот же день около 20:00 оперативная группа, в которую входили три сотрудника Центра по противодействию экстремизму МВД по КБР и столько же оперативников УФСБ, выехала на «Газели» без государственных номерных знаков на перекресток дороги, ведущей из Баксана в Исламей, а также на федеральную дорогу Кавказ, где оказалась около 21 часа.
Примерно в 22 часа группа, наблюдавшая за Березговым у леса, сообщила второй труппе, что «Приора» последнего едет в их сторону. Вскоре силовики увидели машину и дали ей знак остановиться. «Лада», проехав несколько метров, остановилась на обочине. Согласно показаниям силовиков, двое сотрудников подошли к ней со стороны водительского окна, четверо стали позади машины. Сотрудник ЦПЭ показал через открытое окно свое удостоверение и попросил предъявить документы и открыть багажник. Водитель повернулся вправо, как считали силовики, чтобы взять документы, «но в следующую секунду направил в их сторону автомат»: «Увидев это, двое сотрудников с криком «Ложись» стали убегать к задней части автомобиля. В этот момент Березгов выстрелил в их сторону очередью, но не попал. Березгов тронулся с места, сотрудники открыли ответный огонь по его машине».
«Приора», по версии обвинения, проехала несколько метров и остановилась. Подойдя к ней, оперативники увидели, что водитель не подает признаков жизни. На коленях его лежал автомат, а рядом под пассажирским сиденьем был обнаружен «подозрительный пакет, похожий на взрывное устройство». Из пакета выглядывали провода. Вызванные к месту происшествия взрывотехники УФСБ установили, что это «самодельное оболочное взрывное устройство направленного действия», на котором имелись магниты для прикрепления его металлической поверхности. СВУ обследовали с помощью рентген-телевизионной установки «Шмель 240 ТВ» и обнаружили электродетонатор, элемент питания, исполнительное устройство неустановленного образца. Изучив СВУ, взрывники пришли к выводу, что при извлечении оно может сработать. Поэтому решено было обезвредить его на месте с помощью специального устройства «Ворох 2М». Однако при обезвреживании произошел взрыв, приведший к возгоранию «Приоры».
Суд признал показания потерпевших и свидетелей, представляющих силовые структуры, достоверными. Обвинение также ссылалось на регистрацию машины Березгова на посту ДПС «Баксан» аппаратно- программным комплексом. В 19.57 «Приора» проехала а сторону НальчикА, в 22.06 — в обратном направлении. Отмечалось также, что найденные в салоне автомашины 4 гильзы калибра 5,45 мм, согласно выводам экспертов, стреляны из автомата, обнаруженного там же. Эксперты обнаружили на руках и одежде Березгова следы продуктов выстрела. На теле Березгова было обнаружено более 20 огнестрельных ранений Эксперты отметили, что выстрелы были произведены не с близкого расстояния.
Защита ссылалась на показания свидетеля Т., который сообщив суду, что 8 мая 2013 около 22 часов ехал домой на своей «Газели» по дороге из Баксана а Исламей и был очевидцем происшествия. По его словам, он видел «Приору» и двигавшуюся за ней серебристую «девятку». «Приора», подъехав со стороны федеральной трассы, должна была повернуть налево в Исламей, но «девятка», поравнявшись с ней, перегородила дорогу, после чего из «девятки» открыли огонь по «Приоре». Ответных выстрелов Т. не видел Затем «девятка» развернулась и остановилась у «Приоры» и из нее вновь открыли огонь. После этого из «девятки» вышли три человека, постреляли вверх из автомата и уехали. Т. сообщил, что его «Газель» была на линии огня и передний бампер машины получи две пулевые пробоины.
Суд назвал показания Т. ложными, исходя из того, что он вначале говорил: в тот вечер отвозил жену и детей к теще, а потом — тещу привозил гостить к себе. Кроме того, суд, основываясь на данных о времени телефонных соединений свидетеля, сделал вывод: Т. приехал туда позже.
Оценивая показания свидетеля, суд основывался на том, что он появился на заседании через полтора года после происшествия, до этого не обращался в органы хотя бы по поводу простреленного бампера.
Мать Заура Березгова заявила суду, что узнала о Т. через два месяца после гибели сына, но не заявляла о нем следствию, боясь за его судьбу. Суд нашел объяснения матери неубедительными. Касаясь повреждений на бампере Т., суд пришел к выводу, что «время и обстоятельства их получения уже невозможно установить».
В ходе судебного заседания выяснилось, что двое понятых, обозначенных в протоколе осмотра места происшествия, не принимали участия в этом следственном действии. Оба заявили об атом суду, не признав свои подписи под протоколом. Защита назвала этот документ сфальсифицированным, указав на нелегитимность всех вещественных доказательств. изъятых в ходе осмотра места происшествия: гильзы, автомат, магазин, патроны Адвокат Руслан Хаджиев также подчеркивал, что названный протокол был составлен не 8 мая 2013, а на следующий день, что противоречит уголовно-процессуальному законодательству. Он считал, что в соответствии со статьей 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ протокол ОМП должен быть исключен из перечня доказательств как недопустимое доказательство.
Оценивая ситуацию со спорным протоколом, суд сослался на показания следователя, сообщившего, что понятых из местных жителей приглашали полицейские, а он внес в протокол их данные со слов без установления личности.
Суд указал на изменения УПК РФ, согласно которым понятые участвуют «по усмотрению следователя, а если их нет, обязательно применение технических средств. В данном случае применялся фотоаппарат «Canon А-650». Исходя из этого, суд не нашел оснований для признания спорного протокола недопустимым доказательством.
Суд пришел к выводу, что собранных доказательств достаточно для признания Березгова виновным в инкриминируемых ему преступлениях. Действия сотрудников ФСБ и МВД суд назвал направленными на обеспечение общественного порядка и безопасности.
В апелляционной жалобе, направленной в Верховный суд России. указывается, что не были сохранены бирки, которыми были опечатаны «якобы изъятые 8 мая предметы»: «Хотя сохранение бирок в соответствии с законом о государственной судебно-экспертной деятельности является прямой обязанностью эксперта. Можно обоснованно предположить, что бирки могли быть уничтожены с целью сокрытия отсутствия на них подписей понятых».
В Верховный суд РФ также сообщается, что согласно протоколу осмотра места происшествия от 8 мая 2013 на Березгове были черная футболка и синие джинсы, а 9 мая в протоколе осмотра трупа записали, коричневая футболка и такого же цвета брюки.
В жалобе отмечается также, что к делу приобщены 5 патронов калибра 5,45 мм, а на экспертизу направлено 6. «Из этого следует, что один из этих патронов хранился в деле незаконно».
Родственники Заура Березгова просят Верховный Суд России отменить постановление высшей судебной инстанции КБР и передать уголовное дело на новое разбирательство
Муса Тамашев