Конституционное право народов России на самоопределение: формирование и развитие понятия и содержания

В данной статье рассматривается формирование и развитие такого понятия, как «право народов на самоопределение» в историческом контексте. Особое внимание уделено анализу подходов к определению данной категории разными учеными в советский период времени и настоящее время. Отдельно рассмотрен общенаучный термин «самоопределение».

В XXІ в. продолжаются процессы по глобальному переустройству мира, происходят экономические, политические, идеологические и территориальные изменения в различных странах и континентах. Для многих государств особую остроту приобретают вопросы преодоления экономического кризиса, построения сбалансированной экономики, обеспечения государственной целостности и территориального единства.

В настоящее время одной из активно обсуждаемых остается проблема самоопределения народов и пределов его реализации в государстве.

Этот вопрос приобрел особую актуальность после вхождения Республики Крым и города Севастополя в состав Российской Федерации.

Для того чтобы выявить сущность, конституционную природу, закрепленного Основным законом права на самоопределение, методологически верно представляется начать с подробного рассмотрения сущности понятия «самоопределение».

Анализ разнообразной литературы по данному вопросу говорит о том, что термин «самоопределение» является общенаучным. Он встречается в различных отраслях знания и применяется к различным сферам отношений. Как минимум можно рассматривать это понятие в трех измерениях: метафизическом (философском), социальном и юридическом.

В философском смысле понятие «самоопределение», применимое к человеку, личности очень близко к пониманию базовой категории – «свобода». Свободы выбора поведения, мысли, чувств, убеждений, слова, вероисповедания и т. д. Свобода представляет собой универсальную ценность, необходимую для полноценного развития любой личности, общности, государства. Наряду с категорией свободы в философии фигурируют и другие близкие, развивающие ее понятия «саморазвитие», «самосознание», «самодвижение» и т. д.

Словарь современного русского литературного языка предлагает два понимания термина «самоопределение». Во-первых, «находить, определять свое место в жизни, в обществе»; во-вторых, «получать самостоятельное национальное государственное устройство»¹. Здесь мы видим два понимания термина «самоопределение» в социальном плане и юридическом. В социальном самоопределение – это возможность выбрать свой социальный статус, социальную нишу, свое место в жизни и обществе, в юридическом смысле речь идет об обустройстве какой-либо общности в государстве.

Эта последняя трактовка получила широкое распространение в научной литературе. В большинстве изданий отмечается, что самоопределение – это «выявление народом своей воли в отношении своего национального и государственного устройства»².

В специальной юридической литературе толкованию подверглось и более развернутое понятие – «право народов (наций) на самоопределение».

Таким образом, само слово «самоопределение» может рассматриваться по меньшей мере в трех плоскостях – философской, социальной и юридической. Этот термин выражает свободу действий в определенной области, а также решение вопросов по собственному усмотрению, самостоятельное устроение, обустройство. Описать сущность понятия «самоопределение» можно лишь учитывая присущее ему субъектное взаимодействие. Самоопределение невозможно само по себе, без субъекта.

В широком смысле субъектом процесса самоопределения могут быть человек, народ (нация), государство. И самоопределение может быть продемонстрировано субъектом в определенной сфере, внешней среде. Что, в свою очередь, предполагает взаимодействие с этой внешней средой. В этом качестве могут выступить другие люди, общество в целом, государство (государства).

В историческом контексте термин «право наций на самоопределение» был введен в оборот на Берлинском конгрессе 1878 г., а затем использовался на Лондонском конгрессе ІІ Интернационала в 1896 г. Его появление было связано с осознанием лидерами социал-демократических организаций необходимости регулирования национальных отношений.

Как отмечает Т.Я. Хабриева, «как универсальная норма право наций на самоопределение утвердилось как принцип в международном и внутригосударственном праве только во второй половине XX века, после Второй мировой войны»⁵.

Приступая к анализу любого явления, наиболее целесообразным представляется рассмотрение его сущности и содержания. Нужно сказать, что исследование сущности любого понятия невозможно вне исторического контекста. Именно он позволяет выявить определенные закономерности и тенденции развития государственно-правовых процессов и явлений.

Кратко остановимся на советском периоде. Скажем сразу, что ученые того времени практически не проводили различий между правом наций и правом народов на самоопределение. В Советском государстве право на самоопределение рассматривалось как средство решения национального вопроса⁶.

Ю.Г. Судницын писал: «право нации (народа) на самоопределение есть ее право на добровольное и самостоятельное решение вопроса прежде всего о своей политической судьбе, которое нация осуществляет в процессе самоопределения путем свободного волеизъявления в различных формах»⁷.

В.С. Шевцов поддерживал и развивал эту мысль. Он полагал, что данное право – это право всех народов «распоряжаться своей судьбой», самостоятельно определять свой внутренний и внешний политический статус, реализовывать свои права в экономической, политической и социально-культурной сферах⁸.

В данной дефиниции к возможности народа определять «свою судьбу» добавлялась юридическая возможность установления своего «внутреннего» и «внешнего» политического статуса.

Вопросы самоопределения всегда находились в области государственных отношений, государственного устройства. Они во многом затрагивали саму сущность советской государственности. Например, по мнению А.М. Халилова, «право на самоопределение – это право народа самостоятельно, свободно, по своему усмотрению решать вопрос о своем государственном устройстве, о форме своей государственности, вплоть до отделения от других национальностей или государств и образования самостоятельного, отдельного национального государства»⁹. При этом подчеркивалось, что отделение не должно противоречить классовым интересам пролетариата, т. е. «право на самоопределение не должно противоречить праву рабочего класса на укрепление своей власти»¹⁰.

Были и другие мнения специалистов в понимании этого правового и социального явления. Некоторыми учеными подчеркивалось, что самоопределение, это не только «право», но и «принцип» и «средство». Отмечалось, что самоопределение – базовая основа установления правильных национальных отношений. Оно не является самоцелью само по себе, а лишь выступает средством решения межнациональных отношений¹¹.

В.С. Шевцов делал акцент на связи права на самоопределение и национального суверенитета, утверждал, что «право наций на самоопределение – органическая составная часть национального суверенитета (полноправия наций)»¹².

А.И. Лепешкин увязывал это право с территорией. Он писал, что самоопределение нации невозможно «без территориального обособления, территория – один из важнейших элементов ее материальной основы¹³.
Интересное и правильное мнение высказывала К. Коркмасова. Она справедливо обратила внимание, что самоопределение – это не «одноразовая» акция. Это право перманентно присуще народу, оно не «погашается» в ходе многократной реализации. «Неоценимое значение права наций на самоопределение состоит в том, – писала К. Коркмасова, – что нация (народность) не связана однажды принятым ею решением. Каждая нация в каждый данный момент обладает правом на самоопределение»¹⁴.

Мнения современных ученых также весьма разнообразны.

Взгляды известного конституционалиста С.А. Авакьяна в целом согласуются с выработанной еще в науке советского государственного права позицией по данному вопросу. Ученый пишет, что самоопределение народов надо понимать как их право на самоуправление, на самостоятельное
решение вопросов своей жизни, право определить свою судьбу в государственно-правовом плане¹⁵. И далее: «право на самоопределение по современной концепции и конституционному законодательству России – это право: народов (следовательно, и однонациональных и многонациональных групп граждан) на выбор формы своего бытия в Российской Федерации; на самоуправление своей жизнью, делами территории, на которой они компактно проживают¹⁶.

С государственных позиций высказывает свою точку зрения по данному вопросу В.Т. Кабышев. Он обращает внимание на необходимость соблюдения государственной целостности и отсутствие у российских субъектов права на выход из состава Российской Федерации, т. е. конституционный принцип «самоопределения народов» может быть реализован только в пределах России¹⁷.

Некоторые ученые понимают, что глобализационные моменты накладывают определенный отпечаток на всю систему общественных отношений. Например, Т.Я. Хабриева полагает, что «право наций на самоопределение в современных условиях глобальных миграционных процессов и интернационализации населения государств не может трактоваться широко»¹⁸.

Анненкова В.Г. отмечает связь права на самоопределение с вопросами территориального устройства государства. По ее мнению, «территориальная система должна быть выстроена таким образом, чтобы, опираясь на концепцию самоопределения и самоуправления, создать все необходимые условия и предпосылки для наиболее полной реализации политической, экономической и культурной самостоятельности населения, без нарушения основ конституционного строя Российской Федерации»¹⁹.

Большинство современных ученых уверены, что следует разграничивать право «народов» и право «наций» на самоопределение²⁰.

Есть свои нюансы в трактовке принципа самоопределения в международном праве. Базовым здесь является определение народом своего политического, социально-экономического и культурного статуса²¹.

При этом подчеркивается, что реализация данного принципа предполагает признание полного равноправия народов и выступает основой функционирования особой категории прав – «прав народов»²². Последовательное осуществление данного принципа создает условия комфортной жизнедеятельности не только одного, конкретного народа, но и всех народов, всего международного сообщества.

Таким образом, обобщая позиции авторов, изложенные выше, мы видим, что сначала в науке советского государственного, а после принятия Конституции 1993 г. – конституционного права сложились «узкий» и «широкий» подходы к понимаю термина «право народов (наций) на самоопределение.

Сторонники узкого подхода акцентировали внимание на одном из аспектов данного права. Они рассматривали его как «волю людей», «часть национального суверенитета», «право», «принцип» и «средство». В советский период доминировал взгляд на самоопределение как на способ решения национального вопроса, прослеживалась его связь с национальным самосознанием и территориальным обустройством этносов. Само право на самоопределение трактовалось широко – вплоть до отделения и создания независимого государства. Четкого различия между правом наций и правом народов на самоопределение не проводилось.

Согласно широкому подходу все изложенные определения («право», «принцип», «средство») имеют право на существование и одинаково справедливы, поскольку отражают одну из сторон этого важного политикоправового процесса – самоопределения народов.

Современная наука конституционного права исходит из необходимости разграничения понятий «право наций» и «право народов на самоопределение».

С распадом СССР и принятием Конституции РФ 1993 г. произошло смещение акцентов в трактовке содержания права народов на самоопределение. Сегодняшняя трактовка базируется на понимании самоопределения в первую очередь как самоуправления, самостоятельного определения народом форм собственного обустройства в рамках данной территории, данного государства.

Равноправие и самоопределение народов закреплено в ч. 3 ст. 5 Конституции РФ в качестве конституционного принципа российского федерализма. И, конечно, к данному принципу применимы все характеристики конституционных принципов: ценностный характер, целевая ориентация, многоуровневый характер реализации, концентрированность, конституционная гарантированность²³.

Чтобы обосновать авторскую точку зрения по поводу сущности и содержания права народов на самоопределение, вполне логичными представляются два вопроса: является ли данное право естественным правом? И каково соотношение коллективных и индивидуальных прав в контексте самоопределения?

Рассматривая первый вопрос, ученые по-разному на него отвечают.

В.А. Четвернин, например, право народов на политическое самоопределение называет естественным правом²⁴. Другой точки зрения придерживается Е.А. Лукашева, она считает, что в общетеоретическом смысле, права народа, нации (коллективные права) нельзя отнести к разряду естественных, поскольку они формулируются и кристаллизируются по мере становления интересов той или иной общности или коллектива²⁵.

В целом, признавая справедливость этого суждения, хотелось бывозразить, что естественный характер права народа на самоопределение, следует из закрепленных конституциями многих стран положений о народе как источнике власти и носителе суверенитета в государстве. Именно данные конституционные постулаты обеспечивают легитимность и естественный характер права народов на самоопределение.

В то же время нельзя отрицать и позитивный характер данного права, поскольку его реализации требует создания определенных условий, совершения определенных действий со стороны государства проживания народа, или международного сообщества государств в целом. Государство, должно как минимум не препятствовать народу в реализации его права, а как максимум – создать организационно-правовые, материальные, территориальные основы самоопределения.

В науке можно выделить ряд направлений по поводу вопроса о соотношении коллективных и индивидуальных прав. Е.А. Лукашева настаивает на том, что коллективные права нельзя
рассматривать как сумму индивидуальных прав лиц, входящих в коллектив, при этом замечает, что «как бы ни были многообразны эти права, их правомерность должна неизменно проходить проверку “человеческим измерением” – правами индивида»²⁶.

Р. А. Тузмухамедов подчеркивает «преюдициальный характер права на самоопределение как коллективного права перед индивидуальными правами и свободами человека»²⁷.

«Право народа на самоопределение неотделимо от беспрепятственного осуществления всех прав индивида и правомерность и легитимность осуществления этого коллективного права подтверждается либо опровергается отношением самоопределяющегося народа к праву человека независимо от национальной принадлежности, религиозных убеждений»²⁸.

Многие исследователи указывают на недопустимость противопоставления индивидуальных и коллективных прав. Причем это касается статуса как личности, так и общностей в государстве.
Л.Д. Воеводин по этому поводу пишет, что «индивидуальное и коллективное находят свое выражение в конституционном статусе личности в целом, а также в составляющих его институтах»²⁹.

По мнению, например, С. Маркуса Эльмаса «признание комплекса коллективных прав какой-либо общности не влечет за собой автоматически благополучия всех элементов, составляющих эту общность. Между индивидуальными и коллективными правами действует механизм взаимообогащения, между ними не может быть антагонизма»³⁰.

Таким образом, подводя итог, мы пришли к следующим выводам.

В отличие от советского периода, современная наука конституционного права исходит из необходимости разграничения понятий «право наций» и «право народов на самоопределение».

После Второй мировой войны указанное право было поднято на международный уровень, приобрело международно-правовое значение.

Распад СССР и принятие Конституции РФ 1993 г. внесли свои коррективы в трактовку понятия права народов на самоопределение и его содержание. Если ранее доминировал «широкий» подход к самоопределению вплоть до отделения и создания собственного государства, то сегодняшняя трактовка базируется на понимании самоопределения в первую очередь как самоуправления, самостоятельного определения народом форм собственного обустройства в рамках данной территории, данного государства.

В широком смысле как комплексное понятие «право народов на самоопределение» можно рассматривать в двух аспектах: и как юридическую возможность совершения народом как субъектом этого права определенных действий в соответствии с собственными интересами в экономической, политической, социальной и культурной областях, и как конституционный принцип российского федерализма, служащий базой осуществления индивидуальных и коллективных прав и свобод человека и гражданина.

_________________________

________________________